Конституция Латвии устарела. Не написать ли новую?

Конституция Латвии

Белла Стрелкина

Сто лет назад в Латвии прошло первое заседание Конституционного собрания. Спустя два года его работы у страны появился основной закон. Практика показывает, что сегодня он неотвратимо устарел.

Латвия отмечает вековой юбилей со дня первого заседания Конституционного собрания. Спустя два года свои сто лет отметит сама латвийская Конституция – Сатверсме. Грядет круглая дата. Красивая. Дополнительного шарма ей предает персона сегодняшнего хозяина Рижского замка – президента Эгила Левитса.

Юрист Левитс – автор резонансной преамбулы к Конституции. Той, что о "латышской Латвии". О государстве, которое существует для развития латышской нации, ее языка и культуры. Другим населяющим страну народам в преамбуле места не нашлось.

Преамбула стала панической реакцией латышской номенклатуры на референдум о придании русскому языку статуса государственного. "Никогда снова".

Что сделал Левитс по факту? Левитс законодательно оставил треть населения небольшой прибалтийской республики за бортом государственного строительства. "Нам не нужно, чтобы вы знали латышский язык, нужно, чтобы вы знали свое место", – некогда обращался к русским латвийцам депутат от партии националистов Висвалдис Лацис с парламентской трибуны. Левитс зафиксировал "место русских" в основном законе страны. И место это – периферия. Черта политической оседлости. Комнатка в "латвийском этнографическом музее" с Масленицей, водкой, блинами и песнями под гармошку. Не более.

Президент Латвии Эгилс Левитс в день инаугурации у памятника Свободы в Риге, 8 июля 2019
Sputnik
Президент Латвии Эгилс Левитс в день инаугурации у памятника Свободы в Риге, 8 июля 2019

За эту "боевую заслугу", за институционально закрепленное неравенство правящий класс и наградил Левитса президентским постом. Напомним, Латвия – республика парламентская. Ее руководителя выбирает не народ, а политические начальники – депутаты парламента. "Свои" назначают своих.

Новатор законотворчества Эгил Левитс погрузил Конституцию Латвийской Республики в пещерную архаику. Зацементировал в ней тотально устаревшую систему ценностей. "Агрессивный национализм", если пользоваться словарем ООН.

Впрочем, и без сомнительной приписки Эгила Левитса основной закон Латвии был крайне далек от современных реалий. Левитс просто достал из кладовки мумию. Мумию, которую давно следовало захоронить.

После выхода из состава Советского Союза латвийский законодатель пошел свои особым путем. Избранный в 1993 году пятый Сейм Латвии восстановил Конституцию 1920 года. Латышское политическое ноу-хау. Парламент не принял закон, не отменил закон, но восстановил…

Любопытная опция для законодателей – восстановление. Правда, основания для такого подхода понятны. Прозябающая в политических кризисах Первая Латвийская Республика (1918–1940 годы) сакрализована. Это миф о неком государственном идеале для латышей. Основа. Почва. Культ поклонения политическим мощам. Отсюда идея правовой преемственности. Непрерывности латвийского государства, дремавшего пятьдесят "оккупационных" лет. Британский исследователь фашизма Роджер Гриффин называет подобное термином "палингенезис". В геологии – спекание заново рассыпавшихся пород. В гриффиновской модели – один из компонентов фашистских режимов. Но это уже "заметки на полях".

Дорожный порядок для лошадей и гужевых повозок семнадцатого века не применим в мире автомобилей. При этом в двадцать первом веке гражданам и неграждам Латвии предлагают жить по документу столетней давности. Документ не работает. Удивительно, не правда ли?

Верховенство Конституции Латвии не заявлено. Про необходимость соответствия принимаемых законов Конституции умалчивается. Юридическая сила основополагающего закона Латвии ничтожна. На деле происходит следующее: функцию Конституции в Латвии исполняет Конституционный суд.

Здание Конституционного суда Латвийской Республики в Риге
© Sputnik / Sergey Melkonov
Здание Конституционного суда Латвийской Республики в Риге

Именно Конституционный суд определяет, соответствует ли очередная депутатская выдумка основному закону государства. Правомерно ли запрещать латвийским вузам преподавать на русском языке, переводить школы национальных меньшинств на латышский, ограничивать частные школы в выборе языковых программ – по всем вопросам сюда, на улицу Юрия Алунана. Вся система контроля норм собрана тут.

Суд разберется.

При полной импотенции Сатверсме и ее несоответствии времени Конституционный суд завален делами. Законотворческий процесс тормозится. И деградирует.

Простое резюме: Латвии нужен другой основной закон. Рабочая Конституция, которая отвечала бы вызовам времени.

Столетний юбилей Сатверсме в 2022 году – красивая дата, чтобы подвести черту. Погулять на торжественных похоронах и предать истории реликвию Первой Латвийской Республики. Больше не вкладывать в лежащие под землей головы отцов-основателей идеи, которых там никогда не было, а запустить процесс общественного обсуждения проекта новой Конституции.

С приглашением русских.

Мнение автора может не совпадать с позицией редакции.

Ссылки по теме