"Три вида русских": "научный" подход Латвии к нацменьшинствам усилил разлад в обществе

Вид на Старую Ригу и Домский собор
© Sputnik / Sergey Melkonov

Александр Филей

Доктор наук Мартиньш Капранс опубликовал исследование, где поделил русских Латвии на три группы. Но такая классификация не поспособствовала укреплению общества.

Доктор наук Мартиньш Капранс вызвал широкий общественный резонанс: взял и разделил русских на три группы. Соотечественники, критические умеренные и европейские русские.

Первые поддерживают Россию, живут преимущественно в Латгалии, относятся к людям старшего поколения, не имеют высшего образования. Вторые (кстати, составляющие большинство, целых 60%) – выступают "как за Россию, так и за ЕС". Третьи – меньшинство, проживающие в основном в местах, где преобладает латышское население. Вот так просто работает эта схема. Откуда такое желание сводить все к незамысловатому шаблону?

Кто мы, русские Латвии?

Мне (автору Александру Филею – прим. Baltnews) стало на минуточку любопытно – к какой группе отнесу себя я? Посмотрим. Итак, соотечественники. Поддерживаю ли я Россию? Давайте разберемся. В концептуальном плане, конечно же, да, ибо Россия – это наша великая историческая Родина. И это мое восприятие совершенно естественно.

Ведь Россия, будучи правопреемником и правопродолжателем Российской империи и Советского Союза, является гарантом сохранения и развития русской идентичности, оплотом православной веры и хранителем русских культурных и нравственных ценностей. Чувства к России подобны чувствам, которые испытываешь к матери.

А дальше, как водится, смотрим на нюансы. Впрочем, я отвлекся. Возвращаемся к изысканиям доктора наук.

По первому параметру я отношусь к "соотечественникам". Смело ставлю плюсик в графу. Но по остальным трем параметрам я никак не подхожу. Живу я в Риге, поколения молодого, высшее образование есть.

А теперь представляю навскидку своих друзей, близких и далеких знакомых, подходящих под докторское определение "соотечественник" по первому параметру. И вот ведь что получается – и они живут в Риге, и возраст у них разный, и образование высшее, кстати, у большинства.

Может быть, доктор решил показать парламентерам, что все любители России – это старые латгальские необразованные маргиналы (если переводить политкорректные обороты в плоскость простонародного языка)? Тогда это уже другой жанр и другой формат.

Позволить себе делать такие далеко идущие выводы можно, лишь проведя широкомасштабное исследование с репрезентативной выборкой в несколько тысяч человек. А писать левой рукой на правой коленке ангажированный отчет, чтобы ублажить невзыскательный слух целевой аудитории – это можно делать и не будучи доктором, и уж тем более наук.

"Критические модераты"

Как тогда быть с "критическими умеренными"? Теми, которые выступают "как за Россию, так и за ЕС". Это суждение мне кажется тем более странным. Покажите мне настоящего футбольного болельщика, который выступает "как за "Реал Мадрид", так и за "Барселону". Или "как за "Зенит", так и за "Спартак". Или "как за "Манчестер Юнайтед", так и за "Арсенал". Редко найдешь такого.

И если даже в области футбольных баталий наблюдаются такие противоречия, то в плане соотношения двух разных исторических выборов, двух противоположных административно-политических систем, двух совершенно непохожих картин мира такая формулировка тем более не выдерживает никакой критики.

Да и что с чем сравнивается? Вспомним навскидку, с чем ассоциируется ЕС в последнее время? Мне как стороннему наблюдателю на ум приходит политика двойных стандартов в отношении беженцев, бесконечная антироссийская истерия официальных спикеров Брюсселя, оголтелая пропаганда ЛГБТ-мировоззрения и медийное принуждение к зеленому мышлению.

Что еще? Может быть, уважаемые читатели дополнят этот список и внесут в него более жизнерадостные пункты общеевропейской повестки дня. Нет, товарищи, без иронии – я на самом деле не могу вспомнить другие "духовные скрепы" ЕС.

Снова нельзя не обратиться к истории. Насколько нынешний Евросоюз един и неделим в своей основе по сравнению хотя бы со своим непосредственным прародителем – Европейским объединением угля и стали, которое создавалось прагматичным романтиком Робертом Шуманом с целью достижения оптимального уровня промышленной кооперации?

Вопрос во многом риторический. Да и к экономике есть вопросы, хотя бы к области энергетики. Сегодняшний ЕС, став жертвой биржевых спекуляций, предпочитает добровольно выстрелить себе в обе ноги ради того, чтобы пенсильванский газодобытчик мог чувствовать уверенность в завтрашнем дне. Что по этому поводу думает уважаемый доктор?

Еврорусский формат

Наконец, еврорусские. Что это такое и с чем их едят? Да, в последние полтора десятка лет огромный материальный, организационный и информационный ресурс был брошен на то, чтобы превратить русских в "недорусских" и "полурусских". Эти цели никто не скрывал.

Их формулировали – конечно, в традициях иезуитского новояза – в официальных уложениях всяких структурных ведомств, для которых антирусская идея стала единственным смыслом жизни. И не просто, а хорошей жизни. И "еврорусскость" – это часть нашей действительности, правда, в латвийских масштабах это достаточно маргинальная часть.

Возможно, доктор Капранс не учитывает этот нюанс, но русский человек передает вечные ценности от поколения к поколению в первую очередь через семью. И во вторую очередь через школу.

Да, у школы в Латвии давно стремятся отнять воспитательные функции, а русскую речь из нее изгнать. Но с семьей как с институтом, гарантирующим сохранение нравственных основ и исторической памяти, ни один этнический чиновник, воспитанный в традициях идеологии лимитрофа, поделать ничего не сможет. От слова "совсем".

От отцов к детям

Передача идеологем в семейно-поколенческом контексте – это не только русская история. Ведь многие латыши аккуратно передавали свою внутреннюю боль в годы власти Советов своим детям и внукам. В том числе и те, кто был запятнан службой в коллаборационистских формированиях при нацистской оккупации.

Конечно, они были очень недовольны победой социалистического строя и, для вида сохраняя выражение покорности и дежурную улыбку, питались жаждой реванша.

В итоге оказалось, что главные латвийские соловьи Комсомольской набережной и неусыпные блюстители советской нравственности внесли и свою лепту в развал Советского Союза. Поэтому считать намеки на внешнее проявление лояльности реальным индикатором народных настроений не стоит. Может быть, это соответствует научной парадигме, но попахивает самообманом.

Для меня главным показателем является количество людей, ежегодно в День Победы 9 мая приходящих к Памятнику Освободителям в рижском Задвинье.

Эти люди приходят семьями, добровольно, без "обязаловки", вопреки массированному противодействию и неприязненному отношению со стороны латышского населения.

День Победы у памятника Освободителям в Риге
© Sputnik / Sergey Melkonov
День Победы у памятника Освободителям в Риге

Они надевают георгиевскую ленточку, невзирая на риск подвергнуться психологическому давлению, и демонстрируют советскую символику, невзирая на риск составления административного протокола. Русские Латвии празднуют Великую Победу над нацизмом и фашизмом по зову сердца. Этот феномен на самом деле нуждается в подробном и объективном изучении. Доктору Капрансу на заметку.

Родина малая и Родина великая

А вот с остальными выводами докладчика я, пожалуй, спорить особо не буду. В докладе много говорится о доверии. Например, доверие нацменьшинств к государственным учреждениям почти в два раза ниже, чем у латышей.

Всего лишь 40% русского населения доверяет армии Латвии. А вот полиция – другое дело. И русские, и латыши доверяют этой силовой структуре одинаково (по 70%).

Наконец, то, с чем можно безоговорочно согласиться. Отношение к законодательной власти. В рейтинге доверия, по доктору Капрансу, Сейм Латвии занял последнее место: у латышей – 30%, у русских – даже меньше 20%.

И еще один пункт исследования. Русские больше, чем латыши, считают себя "гражданами мира" – 26% и 17% соответственно. И в то же время, по данным исследования, у русских сильнее, чем у латышей, выражена локальная идентичность – 40% русских больше привязаны к родному городу и селу, а среди латышей таковых только 30%. Это парадоксальное сочетание "гражданства мира" и привязанности к родному месту легко объясняется всей нашей историей.

У нас в сознании уживаются два концепта – "малой Родины" и "великой Родины". К тому же русская культура, благодарно впитывая в себя богатство мировой культуры, отдает ей сторицей то, что она позаимствовала у остальных. Так было всегда – и при древнерусских князьях, и при Петре Великом, и при власти Советов. Так будет и дальше.

Исследование доктора Мартиньша Капранса – это неплохой зачин для более широкого и глубокого рассмотрения проблемы. Однако это тот случай, когда глубоко копать нежелательно и даже опасно, ибо слишком любознательный человек порой бывает неугоден государству.

Но одно очевидно – все реальные возможности сплотить общество и устранить межэтническую напряженность упускаются с каждым днем. Хотя бы по той причине, что русофобия уже три десятка лет является для большой части правящей элиты Латвии самым беспроигрышным средством приумножения своего политического капитала.

Мнение автора может не совпадать с позицией редакции.

Ссылки по теме