Депутат Рижской думы: запреты на ТВ – средство обесценивания русского языка в Латвии

Дети у телевизора с изображением эфирного шума
© Sputnik /

Андрей Солопенко

Сопредседатель Русского союза Латвии, депутат Рижской думы Мирослав Митрофанов в интервью Baltnews рассказал, почему запрет на русские телеканалы не способствовал переходу на латышский язык, а наоборот, разозлил русскоязычных жителей Латвии.

Власти Латвии уже очень давно проводят последовательную борьбу с русским языком в стране. Дело дошло до того, что совсем недавно был введен запрет на 22 русских телеканала.

Зачем русские телеканалы закрывают? При чем тут пропаганда и цена языков?

На эти темы портал Baltnews побеседовал с сопредседателем Русского союза Латвии, депутатом Рижской думы Мирославом Митрофановым.

Сопредседатель РСЛ Мирослав Митрофанов
© Sputnik / Sergey Melkonov
Сопредседатель РСЛ Мирослав Митрофанов

– Г-н Митрофанов, вы неоднократно заявляли, что причина недавнего запрета 22 русских телеканалов в Латвии не связана ни с европейскими санкциями, ни с российской повесткой дня.

Ваши слова о дискриминации русского населения Латвии даже привели к публикации "разоблачения" на латышской версии портала Delfi. Автор "разоблачения" не приводит аргументов об отсутствии дискриминации, но настаивает на вредности запрещенных в Латвии российских каналов именно с точки зрения наличия в них российской пропаганды.

Может быть, стоит согласиться с "разоблачителями", ведь на дворе новая холодная война между Западом и Россией и обе стороны наносят друг другу удары?

– И латвийским властям, и многим в России такое объяснение представляется достаточным. Мол, идет сражение геополитических противников, которые так вооружены и опасны, что аж гордость берет. Запрещают – значит боятся!

На самом деле такой упрощенный подход приводит к ложным выводам. Что касается "пропаганды", то в упомянутых телеканалах она действительно есть. Хотя лишь треть из них имеет новостной, а значит пропагандистский контент.

Впрочем, в Латвии считают вредной пропагандой в том числе и художественные фильмы, в которых советский период истории и особенно Советская армия изображается в положительном ключе. Но среди запрещенных каналов есть и "Индийское кино", далекое от самого расширенного толкования российской пропаганды.

– А что на самом деле? Вы считаете, что у властей Латвии нет основания бояться российской "пропаганды", а у россиян нет оснований этим обстоятельством гордиться?

– Российская "пропаганда", конечно, серьезная сила, но она нацелена больше на внутреннюю аудиторию России. Я имею в виду российское ТВ на русском языке. А по отношению к русским, живущим за пределами России, она несет меньший побудительный сигнал.

Граждан России в Латвии мало относительно общего числа русскоязычного населения. Под воздействием телевидения это "меньшинство в меньшинстве" голосует на российских выборах за действующую власть, но в силу малых чисел это никак не влияет на результаты выборов.

Из этого следует, что латвийские власти при помощи запретов на российское ТВ не могут изменить результаты выборов в России.

– Как эта "пропаганда" влияет на основную часть русских Латвии, в том числе на русскоязычных граждан страны?

– Содержание российских агитационных усилий формируется под восприятие жителей России даже в тех случаях, когда телесюжеты напрямую касаются нас – русских за пределами РФ.

Рядовой россиянин, никогда не бывавший в современной Латвии, посмотрев новости на российских телеканалах, действительно может поверить в то, что в Латвии каждый день по улицам ходят маршем легионеры СС, страна вот-вот вымрет, народ уже весь уехал, и жизни вообще нет.

Этот сигнал подвигает россиянина искать позитивные стороны в своей жизни в России и не стремиться на "загнивающий Запад". Причем не стремиться в любом смысле.

Но тот же сигнал в сознании русских жителей Латвии значительно слабеет, преломляясь через личный опыт, но, главное, он не может что-либо мотивировать.

Зрителю в Латвии не надо воздерживаться от стремления "валить на Запад", он уже находится на том самом "ужасном Западе".

Что остается в сухом остатке? По данным социологического исследования, опубликованного 18 ноября 2020 года, 68 процентов всех русскоязычных респондентов назвали именно Латвию своей страной, а 73 процента разделяют европейские ценности. То есть особого пророссийского и антизападного воздействия российская "пропаганда" на русских Латвии не оказывает.

– Вы так спокойно оперируете понятием "пропаганда". Не считаете ли, что обвинение российских СМИ в пропаганде может быть обидным для журналистов?

– Я в принципе не считаю пропаганду чем-то ужасным. Большая часть пропагандистских усилий разных государств вообще не связана с политикой.

Пропаганда в целом удерживает реальность в неких рамках, обеспечивающих безопасность общества и его постепенный прогресс. Пропаганда предотвращает распространение панических слухов, благодаря чему поддерживается, например, стабильность финансовой системы и соблюдение санитарно-эпидемиологических норм.

В прошлом году был поставлен жестокий эксперимент над русскими Латвии – власти разрушили новостную службу влиятельного местного телеканала – ПБК. Сделано это было для того, чтобы партия Нила Ушакова гарантированно проиграла бы выборы в Риге. Цель была достигнута.

Однако исчезновение на местном ТВ новостей на русском привело к распространению в русской среде чудовищных слухов о вирусной пандемии и вакцинации. Ведь природа не терпит пустоты, а сон пропаганды порождает информационных чудовищ.

Что касается негативных аспектов российской "пропаганды", то необходимо отметить ее выраженную депрессивность. Новостные сюжеты о Латвии и оценки из ток-шоу отбивают у наших русских сограждан в Латвии желание участвовать в общественной жизни.

Под влиянием безнадежного негатива большинство русских жителей Латвии утверждаются в правильности своего неучастия в выборах. Это помогает латышским националистическим партиям удерживать власть.

– Так, может, и правильно, что российские пропагандистские каналы теперь запрещены в Латвии?

– Нет, не правильно. Я убежден, что в балансе плюсов и минусов для русских Латвии плюсы от наличия российского ТВ все же перевешивали негатив. Да, нам, русским политикам Латвии, не нравится, что наш народ теряет интерес к общественной жизни.

Не нравится, что на российских каналах нас показывают в основном жертвами, а не людьми, преодолевающими обстоятельства.

Но, если по справедливости, то Россия нам ничего не должна, мы не граждане РФ, не налогоплательщики и во всех смыслах далеки от российской элиты. Мы должны быть благодарны за ту минимальную информационную поддержку, которую изредка, но все же получаем.

При этом на латвийском ТВ нас показывают еще реже, чем на российском. Что касается демотивирующей тональности российского телевидения, то ее нужно преодолевать, используя другие каналы коммуникаций.

– Вы упомянули о плюсах наличия российских каналов в Латвии. В чем они заключаются?

– Главный плюс – наличие качественного и обширного развлекательного содержания. Фильмы, сериалы, ток-шоу на родном языке – все это психологически поддерживает, компенсирует невзгоды, которые испытывает рядовой житель Латвии.

Жизнь обычного русскоязычного гражданина Латвии – это чаще всего наемная работа на частном предприятии. С голоду не помрешь, но и особых возможностей развлекаться и путешествовать она не дает. Изо дня в день лишь работа и помощь в учебе детям.

Сейчас на "удаленке" и при учебе на неродном языке без помощи взрослых им не обойтись. Что остается для души? Часто лишь семейный ужин и телевизор с фильмами на русском.

Еще более важную роль российские телеканалы играют в жизни пенсионеров. Фактически это и есть их виртуальное жизненное пространство. А теперь представьте, какой шок и обиду они испытали, узнав, что из сети вещания исчезли сразу аж 22 канала на русском. Среди них все главные новостные.

Когда я назвал отключение русских каналов "бессмысленной жестокостью", я имел в виду именно удар по старикам.

– Если латвийским властям нет смысла бояться российской пропаганды, то в чем истинная причина столь масштабной расправы над русскими телеканалами?

– Мы с вами говорили о запрете на 22 развлекательных и новостных каналах на русском. Но за последний год было еще два приступа борьбы с русским ТВ.

В июле прошлого года Сейм принял закон о том, что в кабельном ТВ пропорция каналов на русском должна быть сокращена до уровня не более 20%.

Сейчас, до вступления этой нормы в силу, русские каналы доминируют в кабельных сетях, что понятно, учитывая тот факт, что и многие латыши предпочитают развлекательный контент на русском. Норма вступает в силу в июле.

Второй удар по русскому языку на ТВ был нанесен решением властей убрать остатки русских передач с государственного канала ЛТВ-7. То есть мы наблюдаем последовательные действия по выдавливанию русского языка из телевизионного пространства Латвии.

Я имею все основания полагать, что это продолжение стратегии по искусственному ослаблению позиций русского языка во всех областях жизни, которую латвийские власти проводят с конца 80-х годов прошлого века.

Вначале это были запреты на применение русского языка в официальном общении, потом в образовании, теперь очередь дошла до телевидения.

– А зачем это делается? В чем смысл этих запретов? В принуждении к ассимиляции? К отказу от родного языка?

– У разных представителей правящей элиты могут быть различные мотивы, поэтому различается риторика и идет борьба вокруг сроков для новых ограничений.

Наиболее отмороженные националисты просто мстят своим русским соседям по стране за реальные и надуманные страдания своего народа. При этом объектами мести становятся люди, которые лично никаких преступлений против латышей не совершали.

Но националисты верят в нашу коллективную вину и в свою же коллективную индульгенцию на совершение актов мести. Однако это не самый распространенный случай. "Мстителей" все же не так много.

Другая мотивация – создание психологически невыносимых условий для того, чтобы заставить русских уехать. При этом часто не из-за ненависти к нам.

Просто часть латышей хочет жить в этнически однородной среде, а мы своим наличием нарушаем гармонию. Даже когда мы говорим по-латышски, но при этом не выглядим и не действуем как латыши.

Но и это еще не самый распространенный случай. Наиболее распространенная причина гонений на русский язык – это действительно принуждение нас к ассимиляции.

То есть латышские политики считают, что, убрав из эфира русские телеканалы, они заставят русских смотреть телевидение на латышском и тем самым подтолкнут к общению на латышском языке?

– Нет, не все так просто. Для того, чтобы понять логику действий латвийских властей, надо иметь представление о той теории, которая лежит в основе их языковой политики.

Теория эта импортная, создали и испытали ее на Западе. В частности, учителями латышских социальных лингвистов стали коллеги из Фландрии и Квебека.

Их подход основан на теории компенсации для языков, проигрывающих конкуренцию на территории параллельного использования. В Бельгии фламандский язык имеет меньшую экономическую ценность, чем французский, а в Канаде уже французский проигрывает конкуренцию английскому.

Вывод – надо всякими запретительными мерами понижать ценность более сильного языка. Например, запрещать этот язык в топонимике, в работе государственной администрации, в рекламе, в школьном образовании.

И вот тогда экономическая ценность более слабого, но незапрещенного языка будет расти. Местные люди будут делать выбор в его пользу в разных сферах жизни. Здесь есть скрытый людоедский момент: теоретически речь идет о гонениях против более сильного языка, но любой язык не существует без его носителей.

На практике языковые запреты всегда оборачиваются дискриминацией людей, для которых этот язык является родным.

– Применительно к Латвии данная теория реализуется в виде запрета на русское образование и телевидение?

– Примерно так. Не разовым и не полным запретом, но постепенным и последовательным сужением возможности использовать родной язык для учебы, получения информации и развлечений. При этом нет расчета, что русские сразу ринутся смотреть латышское ТВ.

Цель в другом – русский язык должен потерять ценность в сознании латышей и местных русских как средство доступа к знаниям, эмоциям, навыкам и богатствам мировой культуры.

Если на нынешний момент мы благодарны родителям и школе за возможность доступа ко всем богатствам информационного мира на русском языке, то его запрет на ТВ должен уменьшить наше положительное отношение.

В итоге русский язык должен настолько обесцениться, чтобы русские перестали держаться за него и "добровольно и с песней" во втором-третьем поколении полностью перешли бы на латышский.

– Достаточно ли для этого уже реализованных запретов и гонений на русский язык – в госадминистрации, образовании и на ТВ?

– Эти запреты могут привести к заметной ассимиляции русской общины не скоро – лет через пятьдесят. Время пока работает на ассимиляторов. Но часть латышской элиты не умеет ждать. Она постоянно ищет, что можно запретить и испортить еще, чтобы единообразное тоталитарное завтра наступило уже сегодня.

Пока под этими ударами русские превращаются не в латышей, а в обозленных русских. А проснувшийся и осознавший себя народ уже невозможно ассимилировать.

– Насколько ваш призыв отказываться от кабельного телевидения в пользу интернета способен решить проблему доступа к российским телеканалам?

– Формально запрещенные телеканалы нельзя смотреть и во всемирной сети на территории Латвии.

Контролирующие органы будут постепенно усиливать цензуру в Интернете, например, путем блокировки ресурсов, предоставляющих доступ к российскому ТВ.

Но информация как вода, всегда найдет дорогу и размоет любую плотину. Однако есть несколько проблем. Любой просмотр ТВ в интернете – это более сложная процедура, чем посредством телеэфира или кабеля. Я давно отказался от ТВ в пользу интернета, не жалею, но регулярно приходится что-то где-то исправлять и настраивать.

Многие пожилые люди с такими "танцами с бубном" не справились бы. Надеюсь, развитие техники решит эту проблему.

Второй момент связан с мутацией, которую претерпевает любой телеканал в интернете. Он неизбежно становится мультимедийной площадкой, которая предоставляет гораздо больше выбора, чем примитивная телетрансляция. И, как ни странно, наличие обильного выбора создает дискомфорт.

Люди, привыкшие, что "телевизор сам решал", что и в какой последовательности показывать, теперь должны отвлекаться на выбор сюжетов. Но к этому народ тоже привыкнет.

Основную проблему я вижу в другом. В ближайшем будущем в Европе может произойти деление сети на изолированные сектора по китайскому примеру. В таком случае значение русского языка как средства доступа к знаниям и развлечениям резко уменьшится.

Ссылки по теме